Монолог Печорина. М.Ю. Лермонтов

- Да, такова была моя участь с самого детства.
Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали -
и они родились.
Я был скромен - меня обвиняли в лукавстве:
я стал скрытен.
Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли:
я стал злопамятен.
Я был угрюм, - другие дети веселы и болтливы.
Я чувствовал себя выше их, - меня ставили ниже.
Я сделался завистлив.
Я был готов любить весь мир, - меня никто не понял:
и я выучился ненавидеть.
Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом;
лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца:
они там и умерли.
Я говорил правду - мне не верили:
я начал обманывать.
Узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы,
пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался.
И тогда в груди моей родилось отчаяние - не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой.
Я сделался нравственным калекой:
одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил,
- тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины; но вы теперь во мне разбудили воспоминание о ней, и я вам прочел ее эпитафию.
Многим все вообще эпитафии кажутся смешными, но мне нет,
особенно когда вспомню о том, что под ними покоится.
Впрочем, я не прошу вас разделять мое мнение: если моя выходка вам кажется смешна - пожалуйста, смейтесь:
предупреждаю вас, что это меня не огорчит нимало.-

Стоит ли дорогое вино таких денег ?

Блогер Алекс Майяси о том, правда ли дорогое вино вкуснее дешевого. «Винные экономисты» утверждают, что корреляция между ценой за бутылку и качеством самого вина очень слаба, если вообще существует. Большинство исследователей признают: людям трудно оценить, стоит ли вино своих денег, а вкус, который ему приписывают, — понятие исключительно субъективное. В 2008 году журнал The Journal of Wine Economics опубликовал заметку, в которой говорится, что если потребитель не знает, сколько стоит вино, «то более дорогое вино обычно нравится ему чуть меньше, чем дешевое». Сомелье не отстают. В ходе экспериментов исследователям не удалось доказать, что в аналогичной ситуации сомелье предпочтет более дорогое вино: «Мы не нашли прямой взаимосвязи между ценой продукта и общей оценкой экспертов. Ввиду недостаточных статистических данных по ценовому коэффициенту среди специалистов, вопрос, бывает ли этот коэффициент положительным, все еще остается открытым». Однажды экспертам предложили попробовать красное и белое вино. В итоге все они описали красное в типичных для него выражениях, то же произошло и с белым. В чем подвох? Это было одно и то же белое вино, только «красное» было окрашено с помощью пищевого красителя. Автор еще одного исследования, бывший статистик, а ныне винодел-любитель Роберт Ходжсон решил проверить точность знаменитой 100-балльной шкалы качества вин Роберта Паркера. Члены жюри не знали, что постоянно дегустируют одно и то же вино. Так ему удалось доказать, что оценка эксперта немногим точнее дилетантской: «Обычно оценка членов жюри варьировалась на +-4 пункта в пределах вилки 80−100. То есть, если в первом раунде вину присвоили 91 пункт, то в следующий тому же сорту могло достаться 87 или 95. Некоторые справлялись еще хуже, и только одному из 10 удавалось соблюсти погрешность в 2 пункта для одного и того же вина». Ходжсон проводил свои исследования в течение многих лет и выяснил, что награды вину «раздаются так, как если бы золотые медали в спорте присуждались исключительно по воле случая». Большинство людей в винодельческой индустрии придерживаются единого мнения. Они признают, что в этой сфере есть определенные недостатки (скажем, критики, которые не способны различать вина, или все эти метрики, в которых нет места субъективной оценке, или то, что 75% стоимости — это бренд), но уверяют, что уж они-то могут отличить хорошее вино от плохого. Однако никто так и не смог привести значимый аргумент в пользу корреляции между ценой и качеством. Авторы блога Priconomics признали свое поражение и написали, что цена на вино обычно складывается за счет особенностей производства (хотя и не были уверены, что это хоть как-то влияет на вкус), узнаваемости бренда, наличия широкой сети каналов распространения и здоровой дозы снобизма и романтики. Мы воздержались от окончательных выводов о том, что вино — это сплошное надувательство. А другие нет, и их посыл был четок и ясен: «Вино — полная фигня». Но если вино — надувательство, можно ли сказать то же о хорошем пиве, сыре или стейках? Вкус vs. Вкусовые рецепторы
Для начала давайте разберемся, что люди подразумевают под словом «вкус». Вкусовые рецепторы могут лишь сообщить, что вы сейчас съели: сладкое, кислое, горькое, глутаматное или соленое, но никакая комбинация этих характеристик не передаст вкус жареной курицы или свежей клубники. Вкус появляется только когда задействованы все пять органов чувств. Попробуйте, например, съесть что-нибудь с зажатым носом или вспомнить, какой безвкусной становится еда, когда вы болеете. Запах так же связан со вкусом, как и с памятью. И информация, полученная не напрямую через вкусовые рецепторы, оказывает поразительное влияние на восприятие вкуса вина, что, конечно, справедливо и для всей остальной еды и напитков. Возьмем, к примеру, цвет. Он легко может придать еде несуществующий вкус, вспомните хотя бы критиков с фальшивым красным. Вот что пишет New York Times: «Стоит в обычный ванильный пудинг добавить желтую краску, покупатели сразу приписывают ему вкус банана или лимона. Зато если добавить лимонный или манговый бесцветный ароматизатор, его почти никто не заметит. Большинство уверяет, что пудинг ванильный. Для человека цвет напрямую связан с определенным ароматом, и разбить эту связь очень сложно». Зрение в данном случае играет на удивление важную роль. В ресторане Dans Le Noir слепые официанты обслуживают посетителей в полной темноте, причем меню гостям заранее не известно. Хозяин заведения говорит: «После ужина мы показываем посетителям фотографии только что съеденных блюд, и чаще всего для них это становится шоком. То есть морковку от горошка они еще могут отличить, а вот телятину от тунца или красное вино от белого — уже нет». Есть масса примеров, как информация, полученная от других органов чувств, влияет на восприятие вкуса. Окружающая обстановка, например, тоже играет немаловажную роль — мы получаем гораздо большее удовольствие от еды при мягком освещении. То же и с ожиданиями: уже имеющееся знакомство с похожими продуктами, бренд, упаковка, ценник — все это влияет на вкус и удовольствие от еды и напитков. Не все вина одинаковы
Лучшие дегустаторы вина — это Мастера сомелье (Master Sommelier). На сегодняшний день этот титул носят всего 200 человек во всем мире, и чтобы его заслужить, они должны были вслепую определить сорт винограда, регион происхождения и дату сбора урожая для шести разных. Допустим, все это не очередной виток винной мистификации. Тогда способность сомелье пройти этот тест доказывает, что и правда не все вина одинаковы на вкус. Но как им это удается, если учесть, что «экспертов» можно надурить, просто подкрасив вино? Журнал Psychology Today утверждает, что развить этот навык можно с помощью строгого анализа: «Исследования показывают, что, вопреки распространенному мнению, у профессиональных сомелье небо ничуть не чувствительнее, чем у большинства людей, и танины они тоже ощущают так же, как все. К тому же шансы определить, одинаковое это вино или разное, у новичка и эксперта равны. Стивен По стал одним из тех немногих гуру-сомелье только благодаря своему умению грамотно применять теоретические знания о виноделии на практике. Например, По точно знает, какой запах сопровождает яблочно-молочное брожение (вторичное брожение вина). Дегустируя вино вслепую, он заметит тонкую вкусовую деталь — например, маслянистую текстуру, — которая появляется только на определенном этапе производства, а потом обратит внимание и на остальные особенности, вроде ноток йогурта и квашеной капусты. Все это поможет ему определить регион и дату сбора урожая». Конечно, даже такие профессионалы иногда попадаются на трюк с краской. И да, порой во время слепой дегустации они дают дешевому вину более высокую оценку, чем его дорогому собрату. Но зато они никогда не скажут: «О, такое вкусное вино! Должно быть, оно страшно дорогое». Вместо этого они будут применять все свои знания, методично искать подсказки и, как Шерлок Холмс, вычеркивать из списка отпавших подозреваемых. Понимание, что это французское бордо, может, и добавит вину привлекательности в глазах эксперта, но в целом эффект будет примерно тот же, как если бы он ошибся и перепутал бутылки за 1000 или 5000 рублей. Что все это значит
Люди всегда бурно реагируют на заявления, что «хорошее вино» ничем не отличается от самого дешевого. Это шокирует, потому что цена за бутылку варьируется от $2 до $2000. А учитывая, что многие любят подчеркнуть свой статус и блеснуть знанием терминологии, этот аргумент становится крайне действенен в культурной войне против снобизма. Но на самом деле все эти исследования говорят о том, что наше понимание вкуса как отдельной и независимой величины в корне неверно. Нами так легко манипулировать, учитывая, из какого количества компонентов складывается вкус: и совокупность информации от пяти органов чувств, и заведомые ожидания, и субъективные предпочтения. То же и с едой. Пищевой краситель уверят вас в том, что вкус лимона или сыра есть там, где его на самом деле и в помине нет. А рыбные рынки, рестораны и суши-бары убедят, что вы покупаете дорогую рыбу, хотя продадут дешевую. Например, в прошлом году европейцы с удовольствием уплетали фрикадельки из конины вместо говядины, но как только все стало известно, страшно возмутились. Учитывая, что вино за 1000 рублей можно легко спутать с вином за 3000, мы рекомендуем не стесняться и спокойно брать вино подешевле. Мы уже опробовали этот принцип, правда, порой, несколько самоуверенно. Но предупреждаем, что тогда придется пересмотреть и другие свои взгляды. Если вы будете бойкотировать дорогое вино, стоит ли избегать рыбных рынков и ресторанов, потому что вы знаете, что там подают дешевую рыбу под видом дорогой? Стоит ли принять как должное, что фастфуды добавляют в мясо то, чего там быть не должно? И если вино — это чистое надувательство, то не верно ли это и для всего остального?
Источник: Priconomics

Подробнее на https://ru.ihodl.com/lifestyle/2016-11-27/vybor-vina-eto-chush/?fbclid=IwAR3X8yWfVTnE_ZmteP0-Os8M2dNpFT4Zd9KLTLxvejKbdnCC0cekAOjx8N0

Старый хлам или большая ценность? ИЖ -412 продают по цене Мерседеса

Сколько  по вашему может стоить ИЖ-412, обычный, с приличным пробегом, не в  состоянии капсулы времени? Долларов, от силы 500, скажете вы. Я тоже так  думал, пока не увидел этот автомобиль.

Collapse )
tractor man

Джипси-кэб, или нелегальные такси в Нью-Йорке

Я конечно был наслышан, что в Нью-Йорке существуют нелегальные такси, но чтобы они занимались перевозками в масштабах района и подменяли собой городской транспорт - это для меня было настоящим открытием. Мне казалось, что подобные вещи можно сегодня встретить в России, но никак не в Америке. Ну типа у нас коррупция и бардак, а тут торжество закона и порядок. Но реальность оказалось совсем иной. Я лишний раз убедился в том, что если мне кажется, что в Нью-Йорке чего-то нет, то это лишь значит, что я плохо это искал.

samsebeskazal.livejournal.com-08620.jpg

Небольшое введение про такси. Официальных в Нью-Йорке два вида: желтые такси и кар-сервисы. Про те и про другие я расскажу подробнее, но чтобы понимать, по сути различия между ними следующие: желтые имеют специальную раскраску, работают на Манхеттене от даунтауна до 125-й улицы (дальше ездят очень неохотно), подбирают пассажиров голосующих на улице, стоимость проезда рассчитывается по счетчику. Кар-сервисы специальной раскраски не имеют, работают по всему городу, подбирают пассажиров на улице за пределами зоны желтых (там где работают желтые им это делать запрещено) и приезжают по вызову, счетчиков у них нет, а стоимость известна до начала поездки. И желтые такси и кар-сервисы работают по определенным правилам, исполнение которых контролирует городская коммисия по такси и лимузинам. Она же выдает им лицензии. Есть свои нюансы, но все это нормальный цивилизованный бизнес.

Collapse )

Откопаем Брежнева – будем пить по-прежнему

Бороться с водкой – это такой вид спорта у российского руководства. Время от времени, но достаточно регулярно его осеняет мудрая мысль об искоренении пьянства на Руси. И дальше уж что раньше случится – правитель помрет, страна развалится… Но, что характерно: ни разу водка в этой борьбе не проигрывала.

Collapse )